По маршруту воспоминаний (продолжение непредсказуемого романа)

III.

Ей не пришлось ни с кем делить место в общественном транспорте до железнодорожного вокзала. Водитель, как назло, неспешно двигался по дороге, и, казалось, все машины вокруг исполняли мелодичные движения вальса, радуясь новому дню и весеннему солнцу.

Вагон тоже не пришлось выбирать. Вакуумные двери сами распахнулись перед Изи, и на платформу вышла толпа с явно заспанными лицами, ведь солнце ещё не добралось до зенита.

«Много вакантных мест. У окна, обязательно у окна, и чтобы напротив никого не было. Нет, не хочу, чтобы чьи-то правильные или неправильные черты лица отвлекали от самого важного - ностальгии по прошлому.», - размышляла Изабэль.

10:13 на часах. Электричка отправилась по заданному маршруту, и пока она выбиралась из гудевшего города, Изи погрузилась в воспоминания, словно попала в машину времени, которая перенесла на несколько лет назад. Она поправила прическу, подняла ворот зеленого пальто, ещё раз взглянула на часы, чтобы запомнить, сколько времени займёт это путешествие и, выдохнув, широко раскрыла глаза.

На ум почему-то приходил всё тот же Нью-Йорк, как злая шутка, засевшая глубоко-глубоко. Нет, там было хорошо, весело и беззаботно, пожалуй, и почти не было времени, чтобы переживать те трудности, от которых пришлось улететь за океан. Солёная вода обладает целебными свойствами, тут не поспоришь. И даже когда плачешь, всё равно лечишь свою душу. Главное не переусердствовать, как с купанием в Мертвом море, а то последствия будут на лицо, или, скорее даже, на лице.

«Сегодня у нас на завтрак рэгги. Легко воспринимается, переваривается и усваивается. И вообще…» - Изи примерила вторую пару ушей, которые уже побывали в нескольких частях света, были потеряны в аэропорту, найдены, забыты в вагоне-ресторане и возвращены наблюдательным и благородным попутчиком. Про попутчиков вообще можно говорить отдельно, часами.

Пейзажи за окном умиляли. Музыка, которая звучала и с которой она жила здесь столько лет окутывала мягким пледом, нежно касалась руки, заставляя вспомнить и пережить заново самые приятные моменты. Оставалась единственная проблема в голове у этой девушки – она не могла сосредоточиться на чем-то одном. Волны воспоминаний были настолько большими и мощными, что оправившись от первой, тут же накрывало второй. Штиль обещал быть нескоро. А нужен ли он вообще?

д.с.с.в., Юлия Солнечная

Без определений

Я представляю это себе так:

Человек начинает светиться изнутри. Над головой нет нимба, да и крылья за спиной не растут, но внутри находится нечто теплое, нематериальное, тонкое и, в то же время, всеобъемлющее, которое поглощает того, кто попытается заглянуть в душу.

Если это по-настоящему, то процесс необратим.

Если Вы умеете любить, то понимаете, о чем я говорю.

И речь здесь не идет о взаимной страстной хищной любви - о той, которая угасает после пары-тройки месяцев или лет.  

Та, настоящая и чистая, не требует ничего взамен, она приносит весну, дарит спокойствие, радость, свободу и жизнь.

Такого человека видно  издалека. Он, как восходящее из-за горизонта Солнце, ослепляет первым лучом, а потом становится тем, что согревает всех вокруг. Спонтанно, не задумываясь.

У  Солнца бывает закат.

Один солнечный день для любящего - целая жизнь. Закат наступит лишь тогда, когда сердце остановится, душа улетит в другую систему, чтобы превратиться в другое Солнце и согревать другие души.

Те, кто любят, живут вечно.

д.с.с.в., Юлия Солнечная

Ты хочешь увидеть лето?

Ты хочешь увидеть лето?

Я и не смела подумать, что в то время, когда январь вспомнит, что он - зима, и в то время, когда внутри всё замерзло, и каждый нерв натянут как струна, может наступить лето - настоящее, теплое, искреннее.

Ещё раз убеждаешься в том, что между людьми есть некая связь, нить, узы - называйте как хотите. Одно воспоминание, затем один звонок с неизвестного номера, до боли знакомый мягкий голос и долгожданная встреча, которая могла лишь присниться или придуматься в порыве отчаяния или радости.

* Он вышел на берег моря, двое знакомых поманили в воду, теплую как парное молоко. Он погружался всё глубже и глубже, уже с головой, и потерял свою материальную оболочку, превратившись в сияющую сферу, которая растворялась в волнах, пропитывалась морской солью, ощущала настроение стихии. Выйдя на берег, он встретил ту, что поманила за собой в песочный замок со стеклянными стенами, за которыми был открыт целый мир, наполненный теплом, вдохновением, свежестью, летом.*

Он, как и я, рисует сны. Мы - отражение друг друга и полная противоположность всем реальным качествам. Я - та, которая навсегда в его жизни. Он- навсегда в моей. Просто так получается, уже который год, без каких-либо слов и обязательств.

Губы всё ещё алые от бокала красного вина, а глаза теперь горят ярче, как прежде. Искры камина, теплый плед, огромное окно с видом на ночной город, о котором я мечтаю всю свою жизнь.

Спасибо за это «лето», друг.

д.с.с.в., Юлия Солнечная

Часы марки "ЖИЗНЬ"

Иногда, во сне, я чувствую, что что-то вторит сердцу. Чьи-то шаги? Нет, в доме пусто, одна. Дождь по стеклу? Нет, перед сном я видела Луну и звёзды. А может, часы? Да, часы, секунды, монотонный «тик-так», работающий как аппарат искусственного дыхания, дающий толчок сердцу, неспешный, размеренный и не такой уж и громкий, чтобы проснуться.

В определённый момент начинаю понимать, что всю нашу жизнь можно сравнить с часовым механизмом. Каждая деталь- часть организма, секунды - это биение сердца. Но ведь можно перевести стрелки, к примеру, на час назад, а значит, можно и управлять временем, управлять жизнью. Я могу перемещаться в прошлое и проживать самые сладкие моменты, могу миллион раз просматривать первое признание в любви самому дорогому человеку, первый опыт общения с дельфином и то, как Солнце касается берегов Северного моря. Я не могу ничего изменить, но разве это нужно?

Стрелки вперёд - я за пределами реальности. Здесь всё во власти моего воображения, моих желаний, а иногда и страхов. Я увижу то, что хочу и то, о чём иногда боюсь сказать, чего все мы боимся. Эту свою «реальность» я могу перерисовывать миллион тысяч раз, смешивать разные оттенки цветов, настроения, эмоций, пока не остановится время. А ведь и такое случается - села батарейка в часах или сломался механизм. А жизнь? Иногда она тоже останавливается. Обрывается. У кого-то навсегда, когда часы пришли в негодность и нигде не отыскать нужную деталь, потому что их больше не производят; а у кого-то жизнь просто замирает, находится в замороженном состоянии до тех пор, пока не найдутся заботливые руки и сердце, которые снова запустят часовой механизм. Этот мастер ежедневно будет прокручивать колёсико, справа от циферблата, и вдыхать в любимые  часы и в тебя новую жизнь.

Как долго проработают часы зависит целиком и полностью от тебя и от меня. Ты можешь отстать от времени, можешь улететь вперёд, а можешь жить в реальности, хотя так сложно, иногда, посекундно выставить нужное время, найти свой шаг, свою дорогу в жизни и слушать, как секунды неспешно вторят твоему сердцу.

д.с.с.в., Юлия Солнечная   

Утреннее разочарование (продолжение нового и непредсказуемого романа)

II.

Ему казалось, что он уже проснулся. Вроде бы встал, принял холодный душ, взглянул в окно, чтобы порадоваться Солнцу, которое нехотя выглядывало из-за гор. Облака на небе нарисовали чей-то образ, до боли знакомый, женский. Черты лица было не разглядеть, но волосы были похожи на перистые завитушки, игриво  перестраивающиеся с места на место.

Ян открыл глаза. Суровая реальность сразу же окутала с ног до головы. В комнате было ещё темно, Солнце ни за что на свете не смогло бы пробиться сквозь такой густой туман. В ванной не было горячей воды.

─ Странно, совсем не хочется спать. Куда Солнце делось? Ну и мерзость на улице,- бегал ворох мыслей в его голове. ─ И на лице…, ─ взглянул он на небритого «знакомца» в зеркале.

В соседнем городе сегодня было открытие выставки молодого скульптора Жака Литье. Ян никак не мог пропустить такое громкое событие грамотно «разбазаренное» нужными, ну или ненужными, людьми. Архитектору, как и скульптору, нужна своя Галатея, своя муза.

Через полчаса галстук уже сидел на своём месте, туфли были полны лоска, сумка едва застегнулась от всего того, что в ней было ─ целый мир. Выходя из квартиры, он скользнул взглядом на часы.

─ Хм, а может и успею. Ещё целых 20 минут, а потом ещё целых полтора часа сна под убаюкивающий стук колес, если повезет.

д.с.с.в., Юлия Солнечная

Новый и непредсказуемый роман

   I.

    Утро началось как никогда рано. Прозвенел будильник, в окно пробивалось прохладное весеннее солнышко, слышался, уже изрядно подзабытый, лай старой соседской собаки. Два матраса. Принцесса? Нет. Жуткая карьериста, неспокойная путешественница, скромная дочь, непростая девушка и, наверняка, в будущем, любящая жена и мать- Изабэль (или просто Изи). 

С таким именем в штатах, действительно, было легко. Работа по вкусу, потом автостопом до самой Калифорнии с подругой на пикапе, которая впервые за рулем, жуткий тарантул в пустыне Техаса, ещё пара ползучестей и, конечно, ночной Нью-Йорк.

    Сейчас ворох недавних воспоминаний кружил ещё сонное сознание, не перестроившееся на новое время. С закрытыми глазами Изи накинула шёлковый халат и пробилась в ванну сквозь запах свежеиспеченных  пирожков и радостные оклики ранних птах.

    - Не опоздаю, только не сегодня. Надо успеть в 10:11 уехать. Соскучилась…да, по стуку колес, тряске вагонов, песням случайных музыкантов, своему отражению в окне и отражению того, что на соседнем сидении. Можно рассмотреть все детали, никто даже не заметит. А горы…небоскребам, кажется, далеко до их величественной небрежности, которая снисходит  на землю камнепадами и стекает раскаленной лавой…

    

    Щётка усиленно жужжала, а тщательно взбитая пена зубной пасты исполнила попытку  побега вслед за мыслями Изи. Не успела. Прежний ритуал около зеркала теперь сменился парой взмахов кисточкой, лёгким движением шоколадного бальзама поверх губ и её незабываемым ароматом, во всем доме.

    - Чёрт возьми! Ничего в этой жизни не меняется.  Вечно бегу, опаздываю. Не сломать бы чего по пути. Успеть бы. 10:11 или больше ни шагу из этого проклятого города.

(продолжение следует...)

д.с.с.в., Юлия Солнечная

Воспоминания из детства с возвращением в "сегодня", часть 1

    Сидя на кровати, укутавшись в одеяло, мне казалось, что страшнее Фредди Крюгера и «зубастиков» на свете быть ничего не может. Брат всегда подшучивал надо мной, казалось, выдавливая наивные детские слёзки из больших карих глаз. Я часто вспоминаю эти моменты, уже с улыбкой на лице, но периодически жалуюсь, что именно из-за него моя нервная система не такая уж и устойчивая. А может всё-таки из-за «зубастиков»?

    Но, были в детстве такие моменты, от которых становилось по-настоящему страшно. Я вспоминаю глаза самого родного мне человека - мамы, когда однажды вечером она не могла дождаться папу с работы. Телефонов не было, на дорогах лёд, зима, машина старая. Наверное, ей не самые приятные мысли в голову лезли. Мне, ребёнку, было страшно от того, что страшно маме. Папа приехал, но мамин взгляд - бесслезный, но печальный навсегда отпечатался в моей памяти.

    Я пережила что-то подобное, только ребёнок вырос и глаза стали очень похожи на мамины - большие, карие. Когда наступает переломный момент, и ты понимаешь, что любимый человек может больше никогда не поделится своим теплом, и ты больше никогда не почувствуешь запах его тела, прикосновения и стук сердца, молишься всем ангелам, продаёшь свою душу, только лишь чтобы ЕГО душа осталась на Земле. Начинаешь ценить то, что не ценил раньше, додумывать строчки и выкрикивать важные слова, которые не успел произнести раньше…

    Любите и берегите друг друга.  

д.с.с.в., Юлия Солнечная